ПечатьE-mail

По душам

Благочестие

Ульрих Беер. По душамМы с удовольствием просто отказались бы от чувства вины. Но тот, кто честен по отношению к самому себе, открывает для себя новые возможности.

Это просто парадоксально, даже противоречит представлениям человеческого разума — величайшие злодеи, преступники против человечности, организаторы массовых убийств, коррупционеры, мошенники, совершившие обман на миллионные и миллиардные суммы, кажется, вовсе не испытывают чувства вины. Во всяком случае, они отрицают свою вину, пока это возможно, и даже тогда, когда их уже изобличили.

При этом признание вины могло бы дать им шанс на очищение совести, может быть, даже прощение, и тем самым возможность жить дальше. Но нет, чувство вины рассматривается не только как признание вины, но в первую очередь как признание в слабости. А потому — только ни в чем не признаваться.

Люди чести дают слово чести. Очевидно, в интересах родины, партии, в условиях чрезвычайного положения было и остается необходимым забыть о совести и тем самым и о чувстве вины. Бесконечен ряд якобы невиновных отдельных преступников, которые пытаются спрятаться за каким-либо коллективом.

Люди охотнее исповедуются в чужих грехах, чем в своих собственных.

Едва ли не более парадоксально противоположное явление — люди, которые никому никогда не причинили ни малейшего вреда, ощущают себя крайне ответственными за все происходящее и виновными. Каждый терапевт знаком с ними, невротически измученными чувством вины, не способными испытывать радость жизни. Кто-то убедил их, чаще всего еще в раннем детстве, что они ни на что не способны, все делают неправильно, и лишь они одни виноваты, если в их жизни или в жизни других людей что-то происходит не так.

Что же лучше — бессовестность одних или же вынужденная чрезмерная совестливость других? Пожалуй, все же последнее, говорит нам здоровый инстинкт. Не потому, что последних все же легче терпеть, поскольку они в целом менее опасны. Нет, инстинкт говорит нам — чувство вины, в разумной мере, необходимо. Оно гуманно, оно — важная опора в психологическом и социальном плане. Кто говорит нам, что мы что-либо сделали неверно, особенно, когда никто другой этого не заметил? Наше тайное чувство вины. Оно мучает, преследует нас, пока мы не признаемся в своем проступке, пока мы не исправим его последствия, в той мере, в какой это возможно.

Угрызения совести могут быть двигателем хороших поступков. Но нельзя забывать и о том, что они могут оказывать и противоположное воздействие, — вытесненное чувство вины делает человека агрессивным. Поскольку мы не можем признать свою вину, мы пытаемся перенести вину на других.

Люди вообще склонны к тому, чтобы приписывать другим свои собственные ошибки. Тот, кто плохо говорит о других, тот обычно невысокого мнения о себе самом. Вор кричит — держите вора! И не совсем чистоплотный политик требует самых жестких мер, конечно, по отношению к другим. И в этом случае, при внимательном рассмотрении, выясняется, что чувство вины выполняет еще одну регулирующую функцию. Проступки раскрываются, и, в лучшем случае, совершившие их караются и наказываются. В целом, как Вильгельму Бушу рассказал один капеллан, люди намного охотнее исповедуются в чужих грехах, чем в своих собственных. Первоначально исповедь должна была дать выход, так сказать, свободный ход чувству вины и привести к освобождению и прощению. В Библии не говорится об исповеди, она появляется начиная с IV столетия. Во время правления Папы Иннокетия III в 1215 году был издан указ о том, что каждый христианин обязан по крайней мере один раз в год исповедоваться в своих грехах священнику. Реформатор Мартин Лютер отменил тайную исповедь и якобы позднее жалел об этом.

Когда Лютер говорит, что жизнь христианина должна быть ежедневным покаянием, то под этим подразумевается наша ответственность за наши поступки и тем самым и наша вина, которой никому не удается избежать. Не мы ли вновь и вновь ставим под угрозу или разрушаем спорами по мелочам наши человеческие отношения. Не мы ли холодно и равнодушно взираем на судьбы других людей. Не нам ли важнее всего остального наше влияние на других и наше собственное благополучие — иногда за счет наших близких или наших коллег. Ведь большинство из нас, не размышляя, принимает доброту и дружелюбие своих ближних, использует их, даже не поблагодарив.

И чем время от времени самокритично подумать об этом и извиниться перед ними, а вернее, попросить у них прощения — это может помочь нашей душе избавиться от мусора и от вины и тем самым освободить нас, изменить наши взгляды и наше поведение.

Лишь в особых случаях несоразмерное, непреодолимое чувство вины требует помощи психотерапевта. Спасительный разговор с ближним — это то, что гораздо проще и гораздо ближе большинству из нас. В разговоре мы можем раскрыться, излить душу, освободить свои чувства, о которых мы, возможно, ничего не знали до этого. Ведь мы испытываем не только такие положительные чувства, как радость, счастье, любовь, которые выказываем намного легче, но и такие, что скрывают темные бездны нашего сознания. И из них могут внезапно изливаться целые потоки. Открываются шлюзы, которые долго были закрытыми. Оставим же их открытыми, пока мы не избавимся от всех шлаков и от всей вины, и не сможем начать новую жизнь в прощении, которую нам обещает наш собеседник.

Ульрих Беер является автором книг по психологии,
живет в Айзенбахе в Шварцвальде

Из: Сhrismon Plus 08/2001

Вестник/Der Bote, № 3, 2001. С. 9