ПечатьE-mail

Сохрани то, что у тебя есть. 1517-1917

История религий

Мартин Лютер

Прокламация к 400-летнему юбилею Реформации

«Итак, стойте в свободе,
которую даровал нам Христос»

(Гал. 5, I).

Ветер свободы пронизал 400 лет тому назад Христианскую Церковь, когда 31 октября 1517 года отважный монах Мартин Лютер прикрепил при помощи молотка к двери дворцовой церкви в Виттенберге свои 95 тезисов об освобождении от папства и по милости Божьей через несколько недель эти тезисы стали повсюду известны и получили в сердцах и высших и низших сословий восторженный отклик. Что же проложило путь им и всей Реформации? Это было послание свободы. Сотни лет человеческие сердца были в кабале, — Бог, так им внушали, передал всю власть на Земле Папе Римскому: кого Папа освобождает, тот свободен, а кого он связывает, тот связан со своим грехом отныне и навсегда, проклят и потерян. Чтобы получить отпущение грехов, человек должен выполнить множество инструкций, которые придумали Папа и его слуги, и все равно совесть подсказывала ему, что и после этого он не может быть настоящим слугой. Что человек мог иметь от монашества, отпущения грехов, паломничества и других видов набожности для своего блага, нужна ли была ему такая служба?

И вот пришел Лютер, который в своей монастырской келье в свои тревожные часы искал и нашел истину и поведал ее всему свету — только во Христе-Спасителе и в Его милости можно найти счастье и жизнь. «Действительно истинное сокровище Церкви — это святое Евангелие величия и милости Христа» — гласит тезис 62. А в тезисе 36 Лютер говорит: «Всякий христианин, искренно раскаивающийся и сокрушающийся в своих грехах, имеет полное прощение грехов и вины без индульгенции». Таким образом Лютер снова ведет христианский мир к полузасыпанному источнику жизни, к Христу, и учит этот мир верить в Христа и Его милость — он также учит этот мир искать истинную свободу, освобождаться от бремени вины и греха, учиться у Того, Кто мог от Себя сказать: «Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Иоан. 8, 36). Эту свободу дает нам Евангелие, свободная и освобождающая милость Божья в Иисусе Христе, — это с давних пор была основная идея евангелической проповеди, и, дай Бог, такой и останется, — только из милости через веру. Реформация снова высвободила это сокровище, и оно в течение 400 лет сохранилось — через борьбу и разногласия, через непонимание и злоупотребления истинная свобода христианина спасена для современной евангелической общины. Этому все мы рады, стар и млад, и мы хотим помнить о том, чем обязаны Реформации и ее создателю Мартину Лютеру: Реформация дала свет истинной свободы во всех сферах жизни — в церкви, в школе и дома, в труде и профессии, повсюду Реформация праздновала победу. Об этом нам расскажут материалы о деятельности Лютера И если мы изучили их, то должны помнить: «Стойте в свободе! Мы хотим быть сознательными евангелическими христианами и верными детьми Реформации, которые понимают, как сохранить ее сокровища, и как правильно их использовать, понимают, что уже не рабы, а свободные дети Бога, освобожденные милостью Христа от мрака, призванные к Его чудесному свету».

Пастор П. Кульберг

 

Созидающая сила Лютера

Эпоха Реформации — это одна из наиболее примечательных, интересных и чудесных эпох в мировой истории. Реформацию создал самый выдающийся и чудесный сын своего народа, человек, который появляется на свет один раз в тысячелетие: доктор Мартин Лютер. Он значительно превосходил своих коллег и других реформаторов, так что вполне обоснованно мы говорим: «Дело Реформации — это дело Лютера». Это тот человек, которого Бог, как Своего доверенного, взял к Себе на службу прежде других, чтобы начать и осуществить реформацию Церкви. В своих многочисленных посланиях Лютер встает перед нами так самобытно и могущественно, так естественно и сильно, так свежо и живо, так скромно и просто, и в то же время так удивительно глубоко, что мы должны сказать, что было бы рискованно, глупо и пошло сравнивать его с кем бы то ни было. В своих трудах он так ясно и четко представил нам свою картину, как не смог бы сделать даже самый крупный художник, не смог бы изваять даже самый знаменитый скульптор. И эта картина Лютера настолько мало изменилась, пожелтела или побледнела, утратила свой образ или устарела, что снова и снова мы можем утверждать: Лютер и теперь еще современен, как нынешний день, хотя его время отдалено от нас на целых 400 лет. Гениальные люди действуют на столетия вперед; в них судьбы будущих поколений, а не только события их времени. Лютер — человек и своего времени, и грядущих столетий. Поэтому даже сегодня в любых его произведениях, на каждой странице он может многое сказать читателю, так ему сказать, что тот будет поражен и удивлен, потому удивлен, что сказать лучше, чем это сделал Лютер, невозможно.

Этот великий человек всегда один и тот же — ведь узнаешь его, еще не дочитав до конца предложение — и в то же время он в каждое мгновение другой, и можно подумать, что он только что пришел к нам. В своем трактате «Об улучшении положения в христианском мире» он так сильно атакует «бумажные и соломенные» укрепления Папы звуками своих труб, что эти укрепления начинают качаться, как стены Иерихона. В этом трактате Лютер с такой разрушающей остротой, вызывающей гнев и негодование, говорит о «Вавилонском плене» Церкви, что духовный отец признает: при чтении этого трактата ему становится настолько не по себе, как если бы его били розгами. Здесь Лютер выгоняет сектантов и лжеевангелических противников из их укрытий и так искусно разоблачает пустоту и ничтожество их принципов и позиций, что они должны уйти с полей сражений и признать свое поражение. Затем ему пришлось иметь дело с ученейшим из ученых. Он выступает против него с такой глубокой эрудицией и таким проницательным умом и поражает его так метко и уничтожающе, что у вас вырывается поразительный возглас: «Даже самые трудные и мудрейшие вопросы теологии Лютер сумел так глубоко, проницательно и полностью продумать, как никому до и после него не удавалось». Свое теологическое учение Лютер опубликовал в одном-единственном трактате, как это делали в его время многие другие ученые; но он носил в себе такую научную систему, которая была бы еще более великой и могущественной, чем все системы его последователей, если бы он взял на себя труд изложить ее на бумаге. Этот основательно образованный человек всегда в состоянии использовать свое оружие, и так скромно и просто, так ненавязчиво и щедро в отношении всех обманутых и пришедших в замешательство, что все они через короткое время снова встают на правильный путь, в то время как другие, беспомощные и растерянные, присутствуют при этом, не зная и не понимая, как себе помочь, как выйти из неприятного состояния. И этот неутомимый боец и отважный воин оставил нам книжицу с трактатом «О свободе христианина», который воодушевляет нас как тихое мирное озеро, в котором отражается голубизна небес и на побережье которого веселыми тружениками в жарких лучах солнца возделаны цветущие нивы и луга.

Откуда это удивительное своеобразие и неповторимость Лютера? Откуда эта нескончаемая и создающая это своеобразие сила? И откуда в связи с этим такая мысль католического ученого: «Лютер — самый великий человек своего народа, он говорит его словами, думает его мыслями!» На эти вопросы многие давали ответы, сам Лютер знает лишь один ответ — у него детская доверчивость, монолитная вера в Бога, его небесного Отца, через Иисуса Христа. В этом доверии к Богу он непрерывно работал и создал евангелическую проповедь и церковную песнь, евангелическую школу и евангелический очаг, дал нам перевод Библии и Катехизис, порядок богослужения, Устав Церкви и тому подобное. Никогда им не руководили личная вражда или мелочная неприязненность, даже тогда, когда он был в гневе. Всегда занимало его лишь дело Божье. То, что у него не было личных врагов, хорошо знал Карлштадт, тот самый Карлштадт, что нападал на Лютера с ненавистью и угрозами. Когда же он чувствовал себя потерянным и не знал, как спастись, то бежал к Лютеру и в течение нескольких недель скрывался в его доме от преследований. Так мог поступить только Лютер и только во имя дела Божьего. А Карлштадт это чувствовал, и когда Лютер появился в рейхстаге Вормса, он, похлопывая его по плечу, сказал: «Монашек, монашек, вы идете тем трудным путем, по которому ни я, ни другой боец никогда не пошел бы, не сделал бы этого даже в бою».

Пастор Блюм

 

Лютep и школа

До Лютера не было всеобщего регулярного образования ни в городах, ни на селе, хотя в городах были латинские школы и школы, в которых обучали чтению, письму и счету. Латинская школа, которую посещал Лютер, была тем, чем сегодня является гимназия — подготовительной ступенью для университета. Все занятия проводились на латинском языке. Другие школы были немецкими, но предназначались только для купцов и людей, занимающихся промыслом; они осваивали здесь необходимые им для работы немецкое чтение, письмо, а также счет. Для остального городского населения школ не было. Не было поэтому и обязательного обучения, так что большая масса городского населения оставалась без школьного образования. В сельской местности положение было еще хуже, так как сельских школ не было.

Лютер был первым человеком в Германии, который потребовал, чтобы все дети, даже низших сословий, учились в школах низшей ступени на родном немецком языке. В этом смысле Лютер стал основателем немецкой народной школы.

Он требовал не только религиозного образования и того, чтобы каждый ученик и ученица могли читать и понимать Библию — основной ориентир веры и жизни; он также требовал изучения светских предметов — письма, счета, языков, музыки и пения, даже рукоделия для девочек. Он настаивал на организации городских библиотек. Требовал для всей молодежи, мальчиков и девочек, всеобщего обязательного обучения в школе: поскольку власти принуждают людей к военной службе, то пусть они заставят молодежь посещать школу, пусть они также заботятся о школе.

Священнослужителей и родителей он просил не сидеть сложа руки, а оказывать помощь в святом деле — воспитании детей. Поэтому в своем Малом Катехизисе он каждую главу дополнял обращением к родителям — «Как должен глава семьи наиболее просто преподавать своим домашним». Очень энергично вступился Лютер за школу в своем открытом письме «К главам всех сословий немецкой страны, чтобы они открывали и содержали школы (1524 г.)»; об этом же он говорил во многих других письменных и устных выступлениях.

В 1525 году он написал для детей букварь «Настольная книжка для детей» и Малый Катехизис, так называемую Малую Библию. Школе очень полезной была его переведенная на немецкий язык Библия в виде нынешней библейской истории, а также сочиненный им песенник.

Школьные власти очень высоко ценили Лютера. «А я, — сказал Лютер в одной из лекций или проповедей, — считаю, что детей необходимо держать в школе. Если бы я мог или же был вынужден отказаться от своей нынешней работы и от других вещей, то не представляю себе другой работы, кроме труда школьного учителя или воспитателя юношей. Так как я знаю, что такая работа, наряду с работой проповедника, является наиболее полезной, самой лучшей, и я еще не знаю, какой из этих двух видов деятельности самый лучший. Ведь очень тяжело дрессировать старых собак и старых плутов сделать набожными, над этим проповедники должны много потрудиться; но молодые деревца проще сгибать и выпрямлять, хотя при этом некоторые сломаются. И лучше пусть высшая добродетель будет единственной на Земле, чтобы хорошо воспитывали чужих детей, что очень мало и почти никто не делает в отношении своих детей».

Так тепло и сердечно относился Лютер ко всем детям немецкого народа. К нему относятся также слова из его трактата: «Он любит свой народ и он создал нам школу».

И. Г.

 

Лютер и домашний очаг

В средние века христианам советовали оставить дом и работу и идти в монастырь, там они смогут лучше служить Богу, — монах, который живет в отрешенности от мира, более угоден Богу, чем любой другой человек. Как, однако, неправильно тогда понимали и толковали Евангелие. Заслуга Реформации и ее создателя Лютера в том, что христианскому миру был указан правильный путь, как сделать христианский дом тем, чем он быть должен — питомником царства Божьего. Для этой цели Лютер придал супружеству большое значение. Если раньше безбрачие считали высшей степенью нравственности, хвалили как «ангельскую» жизнь, то Лютер в своих работах поет хвалу настоящему христианскому браку. «О, действительно, — говорит он в своей проповеди о браке (1519 г.), — брак — это благородное, великое душевное состояние, если он правильно ведется».

Благословение и счастье брака — это дети; правильно их воспитать — величайшая задача родителей и их самая большая радость. Во многих писаниях и проповедях Лютер напоминает отцам и матерям семейств, что они должны воспитывать своих детей в послушании и уважении к Господу. «Почему мы, старики, живем иначе, — говорит Лютер, — чем мы молодых людей учим и воспитываем? Невозможно, чтобы непослушный народ сам себя воспитывал; поэтому Господь поручил его нам, мы уже старые и опытные, знаем, что народу хорошо, и Господь строго потребует от нас отчета за наши деяния». Сам Лютер был для своих детей хорошим отцом, он умел разговаривать с ними на их языке, умел сердечно радоваться вместе с ними, но мог быть также и строгим отцом. «Для меня лучше мертвый, чем непослушный сын», — говорил он, когда его просили рассказать о воспитании детей. Дом Лютера был для многих местом благословения и радости. Не проходило ни дня, чтобы в нем не было гостей, для которых жена Лютера, Кете, накрывала на стол; это были студенты и чиновники, приезжавшие из дальних стран, чтобы познакомиться с Лютером и выслушать его советы. Многие беседы с Лютером его ученики опубликовали в книге под названием «Беседы за столом». И даже если в доме Лютера денег было мало, — Лютер был человеком, который не думал о своей выгоде, а поступал по принципу «Давать приятнее, чем брать», — из этого дома исходило богатство совершенно другого рода, которое для многих стало благодеянием, благодеянием настоящей евангелической домовитости.

П.К.

 

Лютер и труд

Наше время, конечно еще до ужасной мировой войны, высоко ценили как совершенно особую эпоху труда И справедливо, потому что так интенсивно до того никогда не трудились. Нравственный аспект труда раньше также так высоко не ценили, как в наше время. А в псалме сказано: «Если наша жизнь хороша, то это результат стараний и труда». А апостол Павел пишет: «Кто не хочет трудиться, тот и не ешь!». Таковы ценные основополагающие истины Священного Писания, которое не жалует лентяев и бездельников. Но эти истины, наряду с другими евангелическими истинами, основательно забываются. Католическая Церковь средних веков призывала к отрешению от мира и благоприятствовала нищенству. Еще и в наши дни большинство чурающихся труда нищих встречаешь в странах католической веры, где народ совершенно не подвержен влиянию протестантства. Лютер полностью опроверг представление о том, что святая праздность особенно угодна Богу. В своем значительном послании «К Его Высочеству кайзеру и христианскому дворянству германской нации об улучшении положения в христианском мире» Лютер требует, чтобы было ограничено чрезмерное количество праздничных дней, чтобы монахам было запрещено нищенствовать и многое другое. Одним из основных принципов протестантства стало то, что перед Богом одинаковое значение имеют и каждое честное состояние, и каждый добросовестный труд, то есть честное исполнение своих обязанностей должно быть оценено как служение Богу. Мы, если хотим быть настоящими сыновьями Евангелической Церкви, не должны отделяться от мира, а должны стоять в нем и силами евангелического духа его пронизывать и преодолевать. Тогда мир сможет смело прогрессировать в радостной культуре труда. У народов евангелической веры введено всеобщее школьное образование и всеми признается большое значение любого труда. Первым, кто сознательно и вопреки канонам средневековой Католической Церкви указал путь к прогрессу, был великий реформатор не только Церкви, но и жизни народа — Мартин Лютер.

Пастор Ганс Бюттнер

 

Лютер и песни

Лютер любил благородную музыку. Он говорил: «Одним из прекраснейших и восхитительных даров Бога является музыка. Этот дар абсолютно чужд сатане, при помощи музыки можно изгнать многие искушения и злые мысли. Теми, кто ненавидит музыку, что делают все фанатики, я недоволен. Ведь музыка — это дар Бога, а не человека. Слушая музыку, забываешь о гневе, высокомерии и других пороках. Музыка — это лучшая услада для опечаленного человека, сердце которого снова оживает и становится добрым и довольным жизнью».

Уже в юности Лютер находил удовлетворение в музыке. Его пение религиозных песен способствовало тому, что бедный ученик был принят в дом Урсулы Котта; будучи студентом, он часто радовал своих друзей игрой на лютне и пением. Но его сердце и его уста лишь тогда ожили, когда он после долгих поисков нашел «милостивого Бога» в спасителе Христе, и теперь он был уже не певцом — он стал поэтом, создателем евангелической церковной песни. Мы имеем 36 его песен, большая часть из которых и сегодня еще — прекрасные жемчужины в нашем духовном песенном сокровище. Кто в свое тяжелое время не вставал на ноги, слушая его боевой гимн «Надежное пристанище — наш Бог», или не наслаждался благословением нашего Евангелия, слушая прекрасную песню «Так радуйтесь, дорогие христиане, вместе»? А кто не стоял со своими родными и близкими по духу у яслей в Вифлееме и не пел при этом вечно молодую песню «С высот небесных Я приду к вам»? То, что начал Лютер, другие продолжили, и наряду с Библией и Катехизисом наш песенник с его множеством песен и прекрасными мелодиями является крупнейшим сокровищем Евангелической Церкви. Подобно тому, как в свое время Реформация проникала в сердца и дома, так и сегодня евангелическая церковная песня в церкви, в школе и дома способна укреплять евангелическую веру и помогать нам в нашей христианской жизни. Хорошая песня, спетая вовремя, действует так же сильно, как хорошая проповедь.

 

Лютер и его народ

Лютер был истинным сыном своего народа, и немецкий народ очень многим ему обязан. Для этого народа он, крестьянский сын, жил и не только желал ему всех благ, но и дал их. Немецкий язык, культура, немецкая школа и обычаи — все это его дела. Перевод Библии на немецкий язык — вот и появился впервые письменный литературный немецкий язык; о том, сколько трудностей ему пришлось преодолеть, Лютер рассказывает в своем «Послании переводчика». Духовное величие и удивительная многогранность Лютера были признаны даже теми, кто вообще-то был его врагом. Один из них (Игнац фон Деллингер) так говорит о Лютере: «Никогда не было немца, который так глубоко понимал бы свой народ и в то же время был бы настолько внутренне принят, я бы сказал, впитан народом, как этот монах-августинец из Виттенберга. Помыслы и душа немцев были в его руках, как лира в руках артиста. Он дал своему народу больше, чем кто-нибудь в христианское время: язык, народный учебник, Библию, церковный песенник».

К.

 

Мы и наши задачи

Дни юбилея наводят нас на воспоминания, и мы думаем о том, что дала нам Реформация, что дал нам Бог через деятельность Мартина Лютера. Чему должны слркить эти мысли и воспоминания? Может быть, нашему спокойствию, ведь мы можем сказать: смотри-ка, какие мы богатые? Или слишком высокому, высокомерному мнению о себе? Чтобы смотреть на других с известным сожалением? Этого всего быть не должно — иначе праздник мы отметили не для благословения! Мы должны научиться хранить то, что у нас есть, — сохранить все это и заботиться об этом. Доверены нам великие дары — большие задачи стоят перед нами. Дух нашей веры был страстным, святой огонь истинного воодушевления охватил то время, 400 лет тому назад. И если искра того пламени дойдет до нас, воодушевит нас на вечную веру и сокровища Евангелия станут нашим действительным достоянием, тогда благословение того времени и его дары придут также и к нам.

П.К.

Наследие Лютера в России.
М: Готика, 2003, с. 21-30.