ПечатьE-mail

Подлинная терпимость: евангелическая жизнь в старом Санкт-Петербурге

История религий

Лютеранская церковь Святого Петра. Литография П. Иванова по рисунку В. Садовникова. 1835B сердце Санкт-Петербурга, на Невском проспекте, дом 22/24, стоит лютеранская церковь во имя святого апостола Петра. Крошечная предфасадная площадь отделяет храм с двумя башнями от шума и суеты бульваров большого города. Даже в годы советского режима храм, приспособленный под бассейн, оставался немым, но в то же время величественным свидетелем богатой евангелической жизни в бывшей столице Российской Империи.

Многоязычие лютеранской церковной жизни

Первые лютеране появились в Петербурге с момента закладки города. Это были и солдаты, и строители. Царь Петр повелел соорудить для них деревянную церквушку в крепости, скоро ставшей Санкт-Петербургом. Эта церквушка, притягивавшая к себе все больше иностранцев, стала ядром, вокруг которого развивались и распространялись лютеранские и реформатские приходы в столице. Иностранцы поступали на цареву службу или обосновывались здесь как врачи, купцы, ремесленники. Многие немцы прибывали в город из остзейских провинций - части прибалтийских земель, завоеванных Россией в Северной войне (1700-1721). В царствование Екатерины II в окрестностях Петербурга немецкие колонисты селились целыми семьями. Но среди лютеран - жителей Петербурга и его предместий - были не только немцы. Лютеранами были и финские ингерманландцы, селившиеся у Финского залива. В XIX веке вокруг Петербурга селилось все больше латышей, эстонцев и финнов.

В результате к 1889 году в Санкт-Петербурге жили уже 95 000 протестантов, что составило более 9% населения города. Они сформировали 13 лютеранских общин, разных по величине и составу. Самая большая община - приход церкви святого Петра - насчитывала 15 000 верующих, а самая маленькая - приход святой Марии в приюте для бедняков - включала 200 человек. В 1832 году в России была создана Евангелическо-Лютеранская Церковь с двумя большими консисториальными округами. Один из них, охватывавший Европейскую часть России, от Северного до Черного моря, и к 1914 году насчитывавший 117 приходских домов с 641 000 верующих, управлялся из Санкт-Петербурга.

В структуру Евангелическо-Лютеранской Церкви на особых правах входили и три реформатских прихода Петербурга: голландский, французский и немецкий. Кроме того, в городе действовали небольшие общины гернгутеров, конгрегационалистов и англикан.

Интересно отметить, что к концу XIX века среди протестантов в России только 50% составляли немцы. В то же время среди лютеран быстро возрастала доля представителей иных национальностей, например, латышей и эстонцев. Члены некоторых лютеранских общин, немецкие предки которых давно прибыли в Россию, стали забывать немецкий язык. Принцип организации приходов по национальному признаку отступил на второй план. В Петербурге стали возникать «смешанные» приходы - немецко-латышские, эстонско-немецкие, финские, шведские и латышские лютеранские общины. По поводу национального и языкового разнообразия протестантских приходов немецкий реформатский пастор Герман Дальтон, много лет служивший в Петербурге, писал: «Каждое воскресенье в российской столице совершается евангелическое богослужение на девяти языках - немецком, французском, английском, голландском, русском, финском, шведском, эстонском, латышском».

Свидетельством активности лютеран в Петербурге служит множество лютеранских храмов, уцелевших до сего дня. Кроме храма святого Петра, в XIX веке были построены лютеранская церковь святой Анны на Кирочной улице, Екатерининская церковь на Васильевском острове, церковь Архангела Михаила на Большом проспекте, шведская Екатерининская церковь на Малой Конюшенной, финская церковь святой Марии на Большой Конюшенной и голландская реформатская церковь на Невском проспекте.

Большое количество лютеранских храмов в столице империи служило не единственным доказательством терпимого отношения к протестантам - жителям города как со стороны правительства, так и со стороны граждан России. Показательным в этом отношении является самый крупный лютеранский приход храма святого Петра. Этот приход, насчитывавший 15 000 прихожан и располагавший значительным состоянием, вряд ли можно рассматривать как образец обычной жизни лютеранских общин в различных уголках России, но на его примере впечатляюще прослеживается обилие возможностей, которыми обладали лютеранские приходы для развития всеохватывающей приходской жизни.

Имевшиеся в ту пору в России протестантские приходы рассматривались «по своей структуре как свободные общины, существование которых охранялось законом, периодически подтверждалось императорскими указами и распоряжениями Министерства внутренних дел» (Г. Дальтон). Но главной причиной жизнеспособности каждой общины была заинтересованность в ее существовании со стороны ее членов.

Управление общиной храма святого Петра находилось в руках церковного совета, состоявшего из 12 членов. В его ведении находился надзор за порядком совершения богослужений. Совет также распоряжался зданиями, принадлежавшими общине, и управлял финансами - не только собственно прихода, но и церковноприходских школ, и благотворительных заведений.

В церковный совет входили также 3 приходских пастора. Вначале священники прибывали из-за границы, главным образом из Германии. Однако пасторов, которых присылали из Германии, было недостаточно, и со второй половины XIX века их стали готовить на территории Российской Империи - в Дерптском университете в Лифляндии. Теперь будущие пасторы учились и в Германии, и в России. Около 1890 года один из пасторов церкви святого Петра был родом из Германии, а два - из остзейских провинций, которые, в свою очередь, получили богословское образование в Дерпте и в Германии. Естественно, что пастор представлял интересы прихода перед властями. До тех пор, пока в России не появился реестр гражданских сословий, он исполнял также функции сословного чиновника. Однако основной заботой пастора было духовное окормление прихода и, прежде всего, совершение богослужений в огромном, вмещавшем 3 тысячи человек храме святого Петра. Храм этот был знаменит и своей архитектурой, и живописным изображением Христа в алтаре кисти знаменитого русского художника Брюллова, и замечательным органом. В 1863 году, то есть через 25 лет после освящения храма, в день празднования дня Реформации, был приобретен церковный колокол.

Наряду с обычными богослужениями по воскресным и праздничным дням, совершались и вечерние, покаянные, страстные и евхаристические, а также конфирмационные богослужения. Совершались службы и по особым случаям, значимым для всей Российской Империи. Например, 2 марта 1881 года состоялось траурное богослужение в связи с трагической гибелью от рук террористов Царя Александра II. Начиная с 1889 года каждое воскресенье, за исключением летних месяцев, в храме святого Петра совершались богослужения для детей. Обычно 35 помощников и помощниц помогали опекать 350 мальчиков и девочек. Работа с детьми шла столь успешно, что со временем были организованы постоянно действующие молодежные группы - «Юношеские союзы» и «Союзы молодых женщин». Богослужение строилось с учетом традиций российских лютеранских приходов. Использовался «Евангелический сборник церковных песнопений для приходов в России», на смену которому в начале XX века пришел «Сборник песнопений для евангелическо-лютеранских приходов в Российской Империи».

В крупных евангелических храмах имелись органы. В 1840 году церковь святого Петра приобрела орган фирмы «Валькер», который имел 3 мануала, одну педаль и 63 звучащих тона. Орган употреблялся не только для сопровождения пения за богослужением. С 1886 года в храме святого Петра проходили духовные концерты, нередко устраивавшиеся и с благотворительными целями. На этих концертах прозвучали оратории «Мессия» Георга Фридриха Генделя и «Страсти по Матфею» Иоанна Себастьяна Баха. В начале XX века был создан церковный хор с целью «попечения об имеющей ценность церковной музыке, звучащей за богослужением, а также на общедоступных музыкальных вечерах».

Свой последний покой прихожане церкви святого Петра, а также других евангелических приходов города обретали на Волковом кладбище, где и по сей день многие памятники напоминают о лютеранских жителях Петербурга этих давно ушедших дней.

Социальная работа в петербургских приходах

Большое место в жизни лютеранских приходов занимала социальная работа, требовавшая больших средств, которые вносили, как правило, состоятельные члены общин. Здесь проживало немало влиятельных и состоятельных прихожан. Доходы такого крупного и хорошо обеспеченного церковного прихода, как прихода церкви святого Петра, складывались не только из церковных взносов прихожан и тарелочного сбора. Кроме того, часть помещений и квартир, принадлежавших приходам, община сдавала внаем, и полученные доходы также шли на благотворительность. И хотя 2/3 этих зданий община использовала бесплатно, для собственных нужд, квартплата составляла главную статью дохода.

Значительная часть финансов мощного городского прихода церкви святого Петра использовалась для постоянно растущей социальной работы. Великолепные примеры христианской деятельной любви были явлены в XVIII веке. Так, еще в 1785 году приход святой Анны, благодаря щедрому пожертвованию владельца кожевенной фабрики, смог открыть первый в России сиротский дом. В 1788 году в Петербурге лютеранские приходы основали «Союз по уходу за больными», который «осуществлял заботу о больных на дому, независимо от их вероисповедной и национальной принадлежности. Союзу финансово помогала и Императорская Фамилия, и множество частных жертвователей. Кроме того, ему была гарантирована поддержка со стороны врачей и аптекарей города» (Г. Дальтон). В 1830 году лютеране организовали бесплатную раздачу пищи бедным на Васильевском острове.

Диаконическая деятельность достигла своего полного расцвета в середине XIX века. В юбилейном издании прихода святого Петра за 1910 год упоминаются Петровские сиротские заведения, Александровская обитель с приютами для женщин, девочек и юношей, а также кварталы для бедных. В 1885 году к этому добавилась и приходская диакония. Диаконисы не только посещали бедных и больных на дому, но и присматривали за детьми. Эта инициатива вылилась впоследствии в школу с заведением по присмотру за детьми дошкольного возраста.

К 1860 году лютеранская социальная работа приобрела широкие масштабы и вышла далеко за пределы внутреннего дела лютеранских церквей. Безупречной репутацией пользовался лютеранский госпиталь в Петербурге и другие заведения. Тогда же, движимые духом «внутренней миссии» - диаконии, - лютеранские приходы основали в Петербурге Евангелический дом трудолюбия, где безработным и бездомным мужчинам за выполнение определенной работы предоставлялись еда и ночлег. Параллельно лютеране стремились таким путем поднять и моральный уровень этих людей. В 1905 году в городе насчитывалось 105 немецких благотворительных заведений.

Когда в 1877 году вспыхнула русско-турецкая война, евангелические клирики города призвали жителей города вносить деньги для помощи раненым. На собранные средства был открыт полевой лазарет. Вскоре он снискал себе блестящую репутацию среди русской общественности.

Школьное дело

Лютеранские приходы придавали большое значение школьному делу. Оно выходило далеко за пределы непосредственной евангелической жизни и оказывало влияние на всю жизнь городской общественности. Первая церковная школа была открыта еще в 1710 году при храме святого Петра. Этому примеру последовали и другие лютеранские общины. Школа была, по словам Германа Дальтона, «тщательно оберегаемым любимым детищем Евангелической Церкви». Прежде всего, на лютеранских школах (и не только петербургских) лежала обязанность обучения родному немецкому языку. Дети не должны были забыть язык своих отцов и дедов. Одновременно школы готовили детей к конфирмации.

Особую известность в деле лютеранского школьного образования снискал профессор Геттингенского университета, пастор церкви святого Петра Фридрих Антон Бюшинг. Он подготовил новую школьную программу, основанную на педагогике пиетизма из Галле и на методике берлинского реального училища, и ввел ее в практику в 1762 году. Программа Бюшинга не только предусматривала обучение общеобразовательным предметам - латинскому и греческому языку, математике, физике, рисованию и моделированию, - но и уделяла особое внимание русскому языку, географии и истории России. По его убеждению, ученик должен был «прежде всего хорошо знать Российскую Империю, дабы не быть чужаком в своем отечестве». По той же программе работала и приходская школа при церкви святой Анны. Известностью также пользовалась реформатская школа, основанная в 1818 году пастором Йоханнесом фон Муральтом.

В течение XIX века при ряде лютеранских школ открылись отделения гимназии, которые со временем получили статус «коронных заведений». Это означало, что ее выпускники без дополнительных экзаменов могли поступать в высшие учебные заведения Российской Империи. Интересно отметить, что в пользовавшиеся высоким авторитетом немецкие школы поступали и русскоязычные учащиеся. Это можно косвенно проследить по статистике о принадлежности к различным конфессиям. Так, в 1912 году доля православных учеников в школе святого Петра составляла 24%, а в школе святой Анны - 49%. К 1914 году приход святого Петра обладал целой сетью учебных заведений, включавших в себя пять школ: две начальных (для мальчиков и девочек), гимназию, реальное училище с торговым отделением, а также школу для благородных девиц. Всего в школах общины было 42 класса, 1667 учащихся и 69 преподавателей. Таким же учебным комплексом обладал и приход святой Анны.

«Пусть же празднование 200-летия прихода святого Петра подвигнет наши сердца не только к тому, чтобы с благодарностью оглянуться назад, но с упованием обратить свой взор в будущее, в третье столетие его успешного бытия». Когда в 1910 году автор этих строк Г. Дальтон записал их на бумагу, он не мог предвидеть, какая судьба уготована евангелическим приходам в XX столетии. Первая мировая война, Октябрьская революция и антицерковная политика советской власти ослабили лютеранские приходы, а в эпоху сталинских репрессий в 30-х годах XX века их существование прекратилось. Лишь закрытые церкви да кладбищенские могилы служили на протяжении многих лет напоминанием о бывших евангелических обитателях и их приходах. И только через 50 лет, на волне «перестройки» в бывшем Советском Союзе, лютеранская церковная жизнь в Санкт-Петербурге стала возрождаться.

В наши дни во многих евангелических церквах города опять совершается богослужение. Был отреставрирован и в 1997 году вновь торжественно освящен храм святого Петра. Начинает разворачиваться диаконическое служение. В настоящее время предпринимаются попытки возродить и школьное дело на основе богатых традиций прошлого.

Церковные же здания на Невском проспекте - реформатская церковь и храм святого Петра, православный Казанский собор, римско-католическая и армянская церкви - по сей день свидетельствуют об атмосфере подлинной терпимости, которая царила между христианскими конфессиями в старом Санкт-Петербурге.

Слышать и видеть друг друга:
Взаимоотношения между Русской Православной Церковью
и Евангелической Церковью в Германии /
Издание Церковного управления Евангелической Церкви в Германии (Ганновер)
и Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата.
Оригинал - Лейпциг: ООО "Евангелический издательский центр" (EVA), 2003. С. 37-45