ПечатьE-mail

Лк 2:33-40. Воскресенье после Рождества (1531)

Проповеди на Евангелие от Луки

Мартин Лютер. Лк 2:33-40. Воскресенье после Рождества (1531)(Иосиф же и Матерь Его дивились сказанному о Нем. И благословил их Симеон и сказал Марии, Матери Его: се, лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий, - и Тебе Самой оружие пройдет душу, - да откроются помышления многих сердец. Тут была также Анна пророчица, дочь Фануилова, от колена Асирова, достигшая глубокой старости, прожив с мужем от девства своего семь лет, вдова лет восьмидесяти четырех, которая не отходила от храма, постом и молитвою служа Богу день и ночь. И она в то время, подойдя, славила Господа и говорила о Нем всем, ожидавшим избавления в Иерусалиме. И когда они совершили все по закону Господню, возвратились в Галилею, в город свой Назарет. Младенец же возрастал и укреплялся духом, исполняясь премудрости, и благодать Божия была на Нем.)

Евангелие от Луки 2:33-40

Этот случай произошел, когда Младенцу Иисусу было шесть недель от роду и, по предписанию закона, его принесли в храм, чтобы, как поступали со всеми новорожденными мальчиками, представить пред Господом и выкупить посредством жертвоприношения, небольшой суммы денег и двух голубей, о чем проповедовали в день Сретения Господня. Тогда старец Симеон приходит по побуждению Духа в храм, берет Младенца Иисуса на руки и проповедует о Нем. Заблаговременно он получил от Святого Духа заверение в том, что не увидит смерти, прежде чем не увидит Господа Христа. Теперь это заверение исполняется. Симеон видит Господа Христа и поет о Нем, о том, что Он будет Спасителем и светом, который будет светить не только как фонарь для иудейского народа, но открыто и свободно для всего языческого мира. Но об этой хвалебной песне старца Симеона мы услышим в свое время.

После хвалебной песни идет сегодняшнее Евангелие. Симеон поет о том, что сей Младенец — Спаситель, которого Бог приготовил для всех народов, и свет, который воссияет для язычников. Сей Младенец, говорит он, будет не маленьким, сокрытым светом, подобно тому как прежде Бог позволял Своему свету сиять лишь для еврейского народа, но великим светом, предназначенным для всех, светом, который воссияет, как яркое солнце, для всего мира. Мария и Иосиф удивляются этой хвалебной песне и прекрасному свидетельству, которое Симеон изрекает о Младенце. Ведь евангелист также говорит: «Отец и матерь Его дивились сказанному о Нем».

Тот факт, что евангелист называет Иосифа отцом Господа Христа, не следует истолковывать так, будто Иосиф был Его подлинным физическим отцом. Нет, он говорит так, как другие люди представляют себе отношение сего Младенца к Иосифу. Прежде он довольно решительно предотвратил всякое неправильное понимание, сказав, что Он зачат от Святого Духа и рожден от Девы Марии. Священное Писание иногда поступает так, что говорит о чем-либо таким образом, как это представляют себе люди. Дева Мария говорит так же, как мы услышим позднее: «отец Твой и я с великою скорбью искали Тебя». То, что Дева Мария забеременела, было сокрытым деянием Божиим, тем, во что сам Иосиф должен был уверовать, после того как ангел во сне открыл это ему. Иначе он ничего не знал бы об этом, так же как мы не знаем, но должны веровать в это, ибо так учит Писание, и наша христианская вера заверяет нас в том, что матерь Сына Божия была девой. На это следует обратить внимание, дабы никто не соблазнялся из-за того, что Лука открыто говорит, что Его отец дивился, и следует знать, что так говорится в соответствии с обычным образом речи среди народа. Он говорит так, как имеет обыкновение говорить Моисей, ибо тот также называет приемного отца отцом, и так, как другие люди говорили об этом Младенце.

Это Евангелие поместили на нынешнее воскресенье потому, что здесь написано, что Иосиф и Мария дивились сказанному о Младенце. Иногда это истолковывали таким образом, будто речь идет о словах ангела пастухам, которые мы слышали в праздник. Но сие сказано о словах старца Симеона. А именно, престарелый Симеон приходит сюда и из-за возраста он едва ли может видеть дорогу перед собой. И всё же, он настолько проницателен, что узнаёт этого Младенца и восхваляет Его как Спасителя и свет мира. Он считает, что все императоры, цари, князья — это сплошная тьма, а этот Младенец — свет всего мира. Без Него весь мир принадлежит смерти и осуждению, но, благодаря этому Младенцу, мир будет спасен. Короче говоря, этот Младенец — Тот, о Ком говорили все пророки. Евангелист кратко обобщает слова, но Симеон, несомненно, говорил прекрасно и подробно.

Эта проповедь была такова, говорит евангелист, что Его отец и мать дивились ей. Ибо такого ясного слова, сказанного ныне Симеоном, о том, что Он будет светом для язычников, они не слышали даже от ангела. Другие люди, также слышавшие сие в храме, вероятно недооценивали эти слова, считая их глупыми разговорами, и думали, что Симеон пьян или поглупел от старости, и что поэтому он говорил как человек, не имеющий полного разумения. Как этот Младенец, который не имел ничего кроме простых пелен, и у матери которого едва ли был грош в кармане, может быть Спасителем и светом всего мира? Поэтому другие присутствовавшие, должно быть, презирали слова старца Симеона и не обращали на них внимания. Иосиф же и Мария удивлялись им. Разумеется, Мария много слышала об этом Младенце: впервые, когда ангел пришел к ней с вестью, а затем, когда пастухи рассказали ей об услышанных ими словах ангелов. И всё же, сейчас она, должно быть, дивилась этим словам Симеона. Она, должно быть, думала: «Ангелы сказали, что этот Младенец спасет Свой народ от грехов их, но Симеон говорит еще лучше, что Младенец будет не просто Спасителем для всего народа, но и светом для язычников». Вот чему они удивляются.

Что же мы скажем об этом? Неужели родители Иисуса ошибались и поступали неправильно, когда они удивлялись? Ведь может показаться, будто их удивление было знаком неверия. Нет, то, что они дивились, напротив, было знаком и доказательством великой и твердой веры и хорошего понимания. Об Аврааме в семнадцатой главе Книге Бытия сказано: «Сару, жену твою, не называй Сарою, но да будет имя ей: Сарра; Я благословлю ее и дам тебе от нее сына». Услышав это, Авраам пал на лицо свое, рассмеялся, и сказал сам в себе: «Неужели от столетнего будет сын?». Хотя оба, и он, и его жена, были стары, сказанное Богом обрадовало его так, что он твердо и определенно поверил в это, и через сию веру стал праведным пред Богом, как гласит Писание: «Поверил Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность». Смотрите Бытие 17:6. Об этом также говорит Павел в Послании к Римлянам 4:3, где он высоко восхваляет веру Авраама и говорит в стихах 20,21: «Он не поколебался в обетовании Божием неверием, но пребыл тверд в вере, воздав славу Богу и будучи вполне уверен, что Он силен и исполнить обещанное».

Так же как Авраам в своей истинной и крепкой вере смеется от радости, Мария и Иосиф удивляются не от неверия, но в сильной вере и с хорошим пониманием. Ибо истинное искусство веры состоит в том, что, чем больше человек верит чему-то, тем больше он удивляется и радуется от этого. Когда же он не верит чему-то, он не принимает это в сердце и не получает от этого ни радости, ни наслаждения. Если бы в своем сердце я был полностью убежден и без малейшего сомнения веровал бы, что Младенец Иисус, рожденный от Девы Марии — мой самый близкий друг, мой брат, моя плоть и кровь, и что Его праведность — моя, Его жизнь — моя, о чем нам напоминают в эти дни, когда мы слышали о Рождестве Христовом, воистину, если бы я от всего сердца верил в это, я удивлялся и радовался бы сему, воистину, я не мог бы достаточно дивиться и радоваться или достаточно думать об этом Младенце.

Итак, этими словами Лука восхваляет веру обоих, отца и матери, и дает нам понять, что мать была рада и довольна и не могла надивиться тому, что сей Младенец будет светом для язычников, тогда как все другие цари и князья — это сущая темная ночь, воистину, они сами — пленники греха и смерти, и поэтому они вовсе не могут помочь другим. И вот она является матерью этого великолепного Сына!

Такое удивление нам также следовало бы испытывать перед Евангелием, дабы мы гордились, радовались и хвалились им: «Я — христианин, я крещен, поэтому я не сомневаюсь в том, что через Господа Иисуса я стану и останусь владыкой над грехом и смертью, воистину, в том, что небо и всё творение будут содействовать мне ко благу. Если бы какой-нибудь князь подарил мне бархатный камзол или деревню, это так обрадовало бы меня, что я не мог бы не удивляться сему? Но что это такое по сравнению с этим? Воистину, если бы я имел императорскую корону, она была бы ничем в сравнении с тем, что я крещен, дабы разделить наследство с нашим Господом Иисусом Христом, и с тем, что Он скажет в последний день и уже сейчас говорит мне: «Ты — Мой дорогой брат. Всё Мое — твое. Ты будешь жить со Мною в вечности».

Но где можно найти того, кто истинно верует в это и принимает это к сердцу? Все мы можем повторять это, но то, что мы не веруем в сие, доказывает тот факт, что в нашей жизни не проявляется никакой радости, никакого удивления или изменения. Если угодно, называйте это верой, но это — воистину холодная и полумертвая вера, иначе мы не страшились и не гневались бы, но радовались и гордились. Ибо христианин — это радостный, гордый и спасенный человек, который не боится дьявола или какой-либо иной опасности. Ведь он знает, что через Христа он владычествует над всем этим.

Итак, несомненно, в этом удивлении Дева Мария должна была чувствовать благородную и святую гордость, основанную не на ней самой, но на Божией благодати и Божием милосердии, и на Младенце Иисусе, на что Лука так искусно указывает словами «Она дивилась», не тому, что она была матерью Младенца, хотя это также входило в ее радость, но тому, что было сказано о Нем. Так поступают все христиане. Они смотрят не на то, чем являются или что могут они сами, но на то, что они получили, и поэтому они хвалят не самих себя, но Того, Кто даровал и дал им всё по благодати.

Мы проповедуем об этом ежедневно, вот почему, к сожалению, многие из нас полагают, будто бы знают это слишком хорошо. Но, дай Бог, чтобы мы усвоили сие всем сердцем и были твердо убеждены в той истине, что через Христа мы становимся владыками всего. О Петре и Павле вполне можно верить, что они — сонаследники Христа и будут жить с Ним в вечности. Но, к сожалению, многого недостает, ибо я не верю в это применительно ко мне, а ты не веришь в это применительно к себе с такой непоколебимостью, как должно веровать, ибо мы еще не видим, не чувствуем и не переживаем сего в самих себе. Мы думаем так: «Петр и Павел — господа и князья неба и земли. Но я не знаю, таков ли и я? Но что же значит веровать в это? Если я не могу веровать о самом себе, что через Христа я — господин и князь неба и земли, я не могу веровать в то же относительно Петра и Павла. А также, если я не верю, что это небесное наследие дано мне через Христа, я не верю и в то, что Христос вочеловечился мне на благо, и что я крещен для того, чтобы принадлежать Ему».

Итак, Лука хорошо выразился о вере отца и матери, сказав, что они дивились. Ибо там, где есть истинная вера, она приносит плод в том, что люди удивляются и радуются великой милости и благодеянию, приходящему к ним через этого Младенца. Там же, где этот плод отсутствует, где сердце не удивляется и не радуется, либо нет веры, либо вера не так сильна, как должна быть. Если бы там была такая вера, убежденная в том, что мы, бедные грешники, входим в вечную жизнь и вечную праведность, ее вполне можно было бы заметить, по крайней мере, как искорку, которая делает сердце радостным и отважным, чтобы в искушении и гонении мы не робели, но могли бы противостать дьяволу и миру и сказать: «Грех, смерть, дьявол, мир, папа и император могут ворчать и гневаться, сколько им угодно. Мне нет до этого дела. Если папа или император отнимет мою жизнь, он рискует большим и потерпит больший урон, чем я. Он отнимет у меня кору и скорлупу, но не может отнять у меня ядро и преимущество, ибо через Христа я освобожден от греха и избежал смерти и гнева Божия. Если только я сохраню этого Младенца, всё прочее может убираться прочь. Ведь оно мне не нужно. Ибо христианин не подобен этому миру, принадлежащему лишь сей временной и тленной жизни, но он принадлежит грядущей, вечной жизни».

Итак, нам следует дивиться тому, что мы слышим о Христе, и быть отважными и неустрашимыми. То, что мы еще боимся и трепещем, является признаком того, что мы еще не имеем воистину твердой веры в то, что через Христа для нас приобретены и нам дарованы вечная жизнь и царство небесное. Ну что ж, хорошо, если кто-нибудь может это делать. Тому же, кто не может, нужно научиться. Однако, есть некоторые люди, дивящиеся и радующиеся безмерному благу, приобретенному и дарованному нам Христом. Для них эта проповедь — вечная пища, которой они никогда не могут насытиться, и она, как говорит апостол Петр, такова, что в нее желают проникнуть даже ангелы. Но безразличная и робкая душа не стремится к ней, а думает лишь о плотском наслаждении. Тот, чей бог — маммона, вино, зерно, пища и питье, думает, что обладает всем.

Давайте же теперь поразмышляем над пророчеством Симеона.

«И благословил их Симеон и сказал Марии, матери Его: се, лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле».

Это удивительное благословение. После того как старец Симеон вначале сказал, что этот Младенец будет великим и могущественным человеком, Спасителем, посланным для избавления всего христианского мира, и светом для язычников — великие слова, которым дивились Иосиф и Мария; сейчас он говорит, что сей Младенец лежит на падение и на восстание многих в Израиле. Многие не только среди язычников, но и из народа Израиля, таким образом, соблазнятся о Господе Христе, так что они побегут ему навстречу и упадут. С другой стороны, многие, наоборот, поднимутся и останутся стоять. Вот каков титул сего Младенца, нашего дорогого Господа Иисуса Христа. Вот что выпадет Ему на долю: в мире Его встретят так, что многие падут, но многие, опершись на Него, обретут Его помощь, чтобы подняться.

Тот, кто хочет быть христианином, должен согласиться с этим. Ведь человек не имеет силы, чтобы принудить кого-то к вере. Принуждение Бог оставил князьям, бургомистрам и палачу. В своем управлении они должны принуждать, угрожая насилием всем тем людям, которые не хотят отказаться от воровства, убийства, лжи, обмана и других пороков. Но в царстве Христа этого не происходит. Если ты хочешь веровать, так тому и быть! Если ты не хочешь веровать, можешь этого не делать. Никто не принуждает тебя и не тащит тебя за волосы к вере. Но в свое время придет другой, который заставит тебя, так что ты больше не сможешь сопротивляться.

Что ж, говорит человек, если я получил долгую отсрочку, бояться нечего. Итак, если ты хочешь быть христианином, ты должен принять этого Царя, который, согласно указанию Симеона, является для мира камнем преткновения, о который великое множество как язычников, так и иудеев споткнутся так, что они падут. Однако, никому не следует сомневаться в том, что также есть некоторые люди, принимающие Его, для которых Он, таким образом, становится причиной не падения, но восстания.

Это весьма необходимое напоминание, ибо нам следует смотреть на Христа не только как на того, кто для иудеев является соблазном, а для эллинов — безумием (1 Кор. 1:23), но также как на того, кто приведет к восстанию многих в Израиле. Нам не следует удивляться тому, что Он лежит на падение огромной толпы, и что она самым постыдным образом злоупотребляет Его Евангелием, ибо мы своими глазами видим, как бюргеры и крестьяне безуспешно поднимаются против Христа и делают то, что им угодно. В этом мире никогда не будет иначе. Где бы ни находился этот Царь со Своим Словом и царством, для большинства Он будет камнем преткновения и падения. Будучи христианином, ты должен приучить себя к этому и смириться с этим, одновременно сохраняя бдительность, дабы оставаться в малом стаде, которое не падает, но крепко держится за этого царя и поэтому устоит. Если сейчас ты видишь, что множество людей оступается и падает, пусть это совершается. Происходит именно так, как говорит здесь Симеон.

Однако, когда Симеон говорит, что Младенец Иисус лежит на падение многих в Израиле, это звучит печально. Папа и всё великое и высокое в мире грубо поносят наше Евангелие, называют его ересью и яростно нападают на него. Нельзя сказать, что они соблазняются о нем, ибо они прекрасно знают, что оно истинно, но неистовствуют и ополчаются против него из чистой злобы, дабы сохранить свое достоинство и свою роскошь. Они также не много спрашивают о Христе и Его Слове, ибо их Бог — чрево. Поэтому мы не причисляем их к толпе соблазнившихся.

Соблазнившиеся — это те люди, которые по неведению борются с ним, те, которые гневаются и ожесточаются, когда слышат, что один лишь сей Младенец является Спасителем и светом мира. Ибо они не могут понять, что наши дела и всё, что человек делает для чести и славы Божией, не имеют совершенно никакой ценности. «Неужели, — говорят они, — будут отвергнуты все те люди, которые до сих пор на протяжении столь многих столетий жили согласно старому учению и вере? Неужели ты действительно думаешь, что Бог позволял церкви заблуждаться так долго? Я никогда не смогу поверить в это». Это самый трудный вид соблазна, о котором говорит здесь Симеон.

Когда ты видишь, что так происходит, скажи: «Совершается именно так, как должно. Ибо написано, что сей Младенец, рожденный от Девы Марии, который будет Спасителем всего мира и светом всех язычников, лежит на падение не тех людей, которые вовсе не знают о Боге, но многих в Израиле, то есть таких, которые являются народом Божиим и слышат Его Слово. Именно для них этот Младенец будет преткновением, так что мудрые, разумные и святые мира сего побегут к Нему, споткнутся, упадут и совратятся. Если люди не хотят принимать Младенца Иисуса, нам нужно смириться с этим и закрыть свои глаза и уши, как будто мы не заметили их падения. Ибо с этим Младенцем будет так, что Его Евангелие станут хулить как ересь, и с Его положением связан тот факт, что многие преткнутся о Него и падут».

С иудеями произошло то, что они сверх меры гневались, когда Христос проповедовал им и говорил: «Вы умрете во грехах ваших; ибо если не уверуете, что это Я, то умрете во грехах ваших». А также: «Если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными». Как будто Он желал сказать: «Если вы хотите жить, вы должны иметь жизнь через Меня и во Мне». Тогда они думали: «Что говорит этот человек? Ведь у нас есть Моисей и пророки. Ведь мы знаем, что правильно и чего требует Бог, а этот плотник хочет осудить всех. Когда речь идет об обрядах и обычаях, предписанных Самим Богом, Его проповедь и учение — не что иное, как обман». Так они пошли своей дорогой, они споткнулись о Христа и пали.

Так поступают и монахи — я сейчас говорю о лучших среди них, ибо их большая часть, как я говорил, служит своему чреву. Они хулят наше учение как дьявольскую ложь и ересь и говорят: «Ведь в своем ордене я в течение тридцати лет молился, постился и усложнял себе жизнь, а теперь эти лютеранские еретики говорят, что всё это никуда не годно. Что ж, если пост и молитва не угодны Богу, давайте обжираться, пьянствовать, блудить, и таким образом мы угодим Богу и войдём в царствие небесное». Эти люди спотыкаются о Младенца Иисуса и падают так, что потом они едва ли смогут подняться.

Если ты хочешь быть христианином, довольствуйся этим и научись сознавать, что твой Господь Христос, ты сам, твое учение и все твои дела не будут угодны миру. Ибо здесь ты слышишь, что твой Господь Христос Сам — камень преткновения и скала для падения тех людей, которые относятся к народу Божию; о Него спотыкаются и падают все, желающие быть великими и могущественными, разумными и святыми. Если же ты хочешь, чтобы они и их приспешники считали тебя шутом, еретиком и совратителем (ибо на меньшее они не согласны), тогда прими этого Царя и стань христианином. Если же ты хочешь освободиться и избавиться от Него и держаться за дьявола, мир восхвалит и прославит тебя. Итак, тот, кто хочет быть христианином и после этой жизни жить в вечности, тот в этом мире, подобно своему Господу Христу, должен стать преткновением и падением для других и считаться чадом дьявола, еретиком, совратителем и шутом. Таков первый образ этого текста.

Вторая часть, напротив, показывает нам прекрасную и утешительную картину. Симеон говорит, что Он лежит не только на падение, но и на восстание многих в Израиле. Это те люди, которые принимают сего Царя, подняты им и, когда этого требует необходимость, ради Него жертвуют жизнью и членами тела. Они оставляют то, что считается главным в мире, свою собственную мудрость, силу, праведность и святость, ибо они знают, что не могут помочь самим себе своей мудростью, своими делами и своей заслугой. Если они получат помощь, ее должен дать лишь Тот, о котором написано, что Он — Спаситель и свет мира. Вот почему они гак жаждут Христа, вот почему они поднимаются и спасаются через Него.

Итак, теперь этот Младенец выступает в двух обликах, один из которых вводит в соблазн, а второй прекрасен и исполнен утешения. Некоторых Он приведет к падению, как положенное через дорогу бревно, о которое спотыкаются люди. Другим Он поможет подняться, как камень у дороги, о который человек опирается, когда встает. Гордые, высокомерные и мудрые святые бегут к Нему, сломя голову, отскакивают назад и хулят и проклинают Его. Но глупцы, невежды, бедные грешники, поднимаются, благодаря Ему, и веруют в Него. Лежащее, благодаря Ему, поднимается. Стоящее из-за Него оступается и падает. Потерянное и погибшее через Него обретает спасение, глупое становится мудрым, грешное становится праведным и святым. Утешайся этим. Иначе и не может быть с сим Младенцем.

На протяжении нескольких лет я будто бы тесал камень и размышлял о том, как я смогу проповедовать о Господе Христе таким образом, чтобы это было угодно каждому человеку, чтобы ни папа, ни император, ни князья, ни какие-либо иные люди не гневались и не соблазнялись о Нем. Но это не получалось и не получается до сих пор. Посему мы должны смириться с этим и научиться отвечать тем людям, которые говорят, что при папстве всё было тихо и спокойно, что ничего не слышали о ереси или несогласии, но с тех пор, как пришло это учение, произошли всевозможные несчастья. Оно принесло с собой мало хорошего или не принесло вовсе ничего доброго.

Таким рассудительным людям и таким хулителям нужно отвечать этим Евангелием и пророчеством Симеона о том, что повсюду, где распространяется чистое учение о Христе, также происходит то, что некоторые падают и устраивают группировки, секты и всевозможные несчастья. Но это учение также приносит плод в том, что некоторые держатся за Христа и поднимаются, благодаря Ему. Как мы сказали, это бедные встревоженные души, которые освобождаются и утешаются через Него.

Мудрые хулители не хотят видеть сего. Они видят лишь падение и соблазн, картину, не столь приятную для взора, но неизбежную, не из-за учения, ибо оно чисто, правильно и благо, но из-за людей, которые не относятся к нему правильно и не хотят руководствоваться им. Но посмотри на это дело правильно и признай открыто: разве это не так? В самом деле, было бы намного лучше, если бы падение и преткновение при папстве шло своим чередом, как сейчас, чтобы всё было так тихо и спокойно, и дьявол правил бы над всем посредством идолопоклонства и лжеучения и тащил бы всех в ад? Кто не захотел бы лучше вытерпеть временный вред, нежели вечный? Тогда люди терпели безмерный, воистину, вечный вред, ибо нельзя было найти правильной проповеди, истинного знания о Боге и правильного богослужения.

Мы часто замечали, что люди совещались об этом и очень хотели бы добиться того, чтобы всё было гладко и отшлифовано, воистину, чтобы можно было проповедовать так, чтобы это было по нраву всем, и никто не соблазнялся бы. Но нет сомнения в том, что, если убрать преткновение и падение, Сам Христос также уйдет. Ибо, куда бы Он ни приходил, и где бы в мире Он ни появлялся, вскоре происходит восстание и падение.

«Да, — говорят мудрые и сильные мира сего, — но мы не желаем это знать». Что ж, если тебе что-то не нравится, попробуй этому помешать. Христос пришел к иудеям и не спрашивал их заранее о том, можно ли Ему прийти или нет. Он стал причиной великих потрясений в их стране, и они не могли этому помешать. Теперь через Свое Евангелие Он пришел к нам без нашего ведения и желания, и здесь это приводит к большому шуму. Если тебе это не нравится, попробуй этому помешать. Если ты умен, найди средства. Таковы многие люди, которые думают, что справятся с этим делом с помощью человеческой мудрости, но хотел бы я на это взглянуть. Если они смогут привести всё в порядок, устранить всякий раскол и повсюду восстановить мир и согласие, как они утверждают, я хотел бы вычеркнуть этот текст из Библии.

Сам Христос говорит в Евангелии от Матфея 10:34: «Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч». Поэтому будет так, как говорит здесь Симеон: «Многих в Израиле Он приведет к падению, но для многих Он также станет восстановлением и спасением». Люди, которые сейчас хотят исправить положение человеческой мудростью, не добьются ничего другого, как падут и никогда больше не встанут, но будут раздавлены. Ибо они хотят превратить Христа в нечто иное, нежели то, для чего Его предназначил и послал Бог Отец.

Ибо то, что следствием учения становится несогласие и другое несчастье — вина не учения, но людей, которые хотят завладеть Христом и управлять Им. Если у дороги поставить камень или столб, дабы при необходимости можно было бы опереться о него и подняться, камень или столб не может помочь, если большинство людей настолько безумны и глупы, что не опираются на него, но бегут, сломя голову, и спотыкаются о него. Виноват не камень, но слепые и глупые люди, которые ведут себя так извращенно. Так же, разве краеугольный камень, Христос, и Его Евангелие повинны в том, что огромная толпа спотыкается о Него, падает и больно ранит себя? Однако, Он определен Богом, дабы люди уверовали в Него и не постыдились, как сказано в Книге Исаии 28:16.

Но по этой причине, естественно, Евангелие нельзя считать таким учением, которое не порождает ничего, кроме ненависти, несогласия и всевозможного несчастья в мире. Если бы на пути этого учения не ставили никаких препятствий, вполне можно было бы предотвратить двоедушие и другие бедствия. Но, поскольку сейчас огромная толпа ставит преграды перед этим учением и не хочет позволить ему идти своей дорогой, а другие тянут в сторону посредством своей собственной мудрости и не хотят, чтобы Христос привел кого-то к падению, но проповедуют Его так, чтобы никто не соблазнился о Нем, не удивительно, что Бог не всегда поступает с нами так, как мы того желали бы.

Вот какой урок мы извлекаем из сегодняшнего Евангелия. Прежде всего, нам нужно обратить внимание на то, как Симеон пророчествует о Христе, а именно, что для многих в Израиле Он станет соблазном и падением, но многие, благодаря Ему, наоборот, поднимутся, дабы мы не просто перестали сердиться на Него, но также были бы вооружены против убийственных воплей, когда этому дорогому Евангелию приписывают несчастья всего мира. Для сего да дарует Бог нам Свою благодать через Христа, Спасителя нашего. Аминь.

Мартин Лютер. Домашняя постилла. Пер. В. Володина.
СПб.: Светоч, 2011. С. 80-91